Иначе материал остынет раньше, чем он реализует идею.
– Mantenete la distanza, non avvicinatevi,20 – напоминает серьезный гид.
Киваю головой вместе с Юлей, слово «дистанция» ясно без перевода. Мы на хорошем расстоянии, за ограждением, но даже отсюда чувствуется жар печи.
Все похоже на шоу в реальном времени. Думаю, я одна с трепетом понимаю насколько сложно мастеру, каким виртуозом он должен быть: если ошибется, придется все начинать сначала. Задерживаю дыхание, сопереживая ему.
Еще несколько движений, и зрелище завершается. Невольно выдыхаю:
– Вот это да! – и слышу аплодисменты публики.
Муранец сделал маленькую, с ладонь, грациозную лошадку! Положил в теплую печурку для медленного остывания (иначе треснет) и достал такую же, готовую.
Бегу по ступенькам вниз. Хочу прикоснуться к скульптурке, подойти ближе к горну. Мне интересно все! С раскрасневшимися щеками фотографируюсь с мастером и покупаю хрупкую лошадку. Окутанная пленкой с пузырьками, она надежно устраивается в моей сумке.
Нас ведут дальше, в залитые светом выставочные залы. Они предлагают сделанные здесь вазы, канделябры, люстры. Разглядываю причудливые абстрактные инсталляции. Юля с восторженными глазами опять у бижутерии.
Слышим, как зовут выходить на причал. Неужели уже вечер?
Тот же катер возвращает нас в Венецию, немного гуляем, но быстро темнеет. Торопимся на piazzale Roma21, как договорились с Марко.
Подруга издалека видит его «мерседес», ныряем внутрь салона. Юля делится событиями дня. Не понимаю ни слова, просто слушаю музыку речи.
Прощаясь у дома, Марко через Юлю предлагает завтра показать мне город Аркуа Петрарка. Юля переводит.
– Ой, с радостью. А как я буду с ним разговаривать? – смущаясь, отвечаю вопросом.
– Говорит, у него есть карманный итальяно-русский словарь, – снисходительно успокаивает Юля.
– Тогда хорошо, – киваю я.
Смотрю в распахнутые глаза Марко и повторяю ему тоже:
– Si certo.
Ответная улыбка обдает меня волнующим теплом.
Утром из окна вижу серебристый «мерседес». Выхожу. Марко встречает, распахивая дверцу, я усаживаюсь. Немного странно сидеть на правом месте. У нас, на Дальнем востоке в основном японские автомобили, праворульные.
Радостный, что весь день буду с ним, синьор привозит меня в Аркуа Петрарка – городок на возвышенности Эуганских холмов. Здесь в средние века пролетели годы поэта Франческо Петрарка22. А сейчас живут другие две тысячи итальянцев.
Городишко тихий, уютный, с обласканными солнцем и временем старыми стенами жилищ из округлых камней; с арочными проходами и переходами.
Иду по сказочному месту открыв рот. Не верю, что все реальное. Мощеные улочки с кружевными фонарями круто спускаются вниз, или ступеньками бегут вверх. Чудится будто вот-вот встречу Буратино и Чиполлино. Раньше думала: иллюстрации с кривыми домиками, каминными трубами и цветами в полукруглых окошках – фантазии книжных художников. Но нет, вот же они, наяву!
В саду виллы поэта Casa del Petrarca23 свежий аромат душистых роз. Чувствую себя героиней сонетов. Рядом седой брюнет, не сводящий с меня глаз. Из арочного проема высокой каменной террасы улыбаюсь в его объектив. Подставив навстречу руки, он помогает сойти с крупных ступеней. И дальше уже не отпускает мою ладонь, видя, как осторожно шагаю по непривычной мощеной дороге.
Прогуливаемся по улочкам, смотрим. Крылатый лев на высокой колонне в центре – символ Сан Марко, покровителя земель Венеции на материке.
На солнечной стороне окна прикрыты деревянными ставнями. Всюду цветы: выглядывают с балкончиков, нежатся под солнцем на террасах, буйно перекидываются через ограды прямо на улицу. Умиляют маленькие автомобили во дворах. Большим здесь негде развернуться.
Останавливаемся на переходе оживленного перекрестка со скульптурой Мадонны в небольшой нише, прямо на углу каменной ограды. Дорожный знак (стрелка в круге) указывает на поворот и в то же время направляет взгляд к ногам святой, заставляя задуматься на мгновение о важном.
Все верно: надо быть внимательными на перекрестках дорог. На перекрестках жизни тоже. А может и я сейчас на жизненном перекрестке? А он?
Обедаем в ресторане деревенского стиля. Стены небольшого зала белые. Круглый стол покрыт льняной скатертью с вышивкой по краю, окружен старинными стульями. Держу в руках меню, написанное курсивом, и не понимаю ни-че-го.
Марко подает словарик русского для итальянцев. Но легче не становится: вижу много их мелких слов в порядке латинского алфавита, краснею и теряюсь. Похоже, найти наши слова, съедобные, совпадающие с меню, это как отыскать иголку в стоге сена. Или по наитию. Наитие не помогает.
Помочь пытается официант. На слабом английском предлагает птицу. Но не курицу. И Марко на том же языке что-то произносит. Опять понимаю мало. Похоже, мы все трое знаем одинаковое количество слов, но по содержанию они не совпадают.
Даю им в руки их словарик. Нашли – fagiana – ФАЗАН. Ура! Идентичное звучание на слух. И как я раньше не догадалась?! Оказалось, есть и другие слова, вполне себе понятные:
Zuppa (зуппа) – суп;
Maccheroni farciti (маккерони фарчити) – макароны фаршированные;
Insalata (инсалата) – салат;
Vino – вино.
Хорошая новость: голодной я не останусь!
Дальше узнаю слово «чай» – il tè, и заказываю подать «сразу» – subito. Хочу согреться в прохладном помещении. Ноябрь все-таки. У мужчин глаза лезут на лоб. Произносят по очереди «тизана, тизана». Настоящие итальянцы чай не пьют. Вообще.
Слово tisána означает «травяной отвар от недомоганий». Наш чай тоже из этой категории. Пить его перед обедом очень странное дело. Блондинка еще ничего не съела, а уже «недомогает». Но чай из бара мне приносят.
Ладно. Вроде все заказано, все ясно. И тут Марко переспрашивает, уверена ли в заказе фазана. Паникую в растерянности. Наверно, сказала что-то не то. Хорошо, посмотрим, что из второго предлагают еще. Долго разбираюсь с меню и словарем. Называю утку. Он снова спрашивает, уверена ли. Возвращаюсь к фазану. И снова – уверена ли? Да что ж такое! Так мучить меня на голодный желудок!
На самом деле Марко проявляет вежливость и заботу. И хочет услышать от меня хотя бы несколько ломаных итальянских слов. Уфф! Наконец, приносят горячий чай. Блаженство! Какое удовольствие, набрав его в рот, немного помолчать.
Наслаждаюсь обедом. Все вкусное. И выучила новое слово – piace24. Наш диалог между переменой блюд:
– Piace?
– Si.
– Piace?
– Si25.
Без беседы итальянцам обед – не обед. Для них главное, это приятное застолье и вдоволь наговориться. Заказываю еще чая и вдобавок корзиночку пирожных. Трапеза растягивается на пару часов.
В хорошем расположении духа опять гуляем по мощеным дорожкам.
– Alina vuoi un gelato? – Марко предлагает зайти в кафе.
– Si certo26.
Поднимаемся по лестнице на открытую террасу с круглыми столиками. Воздух нагрет осенним солнцем. Солнечные пятна лениво дремлют на каменном полу. Пчелы жужжат над пахучими цветами в широких вазах. Не верится, что я в ноябре.
Где-то через полпланеты мой город спит в ночи, укрытый снежным покрывалом.
На следующий день Марко вновь прогуливает работу и приезжает за мной. Опять сажусь в «мерседес». Едем в Монселиче, в замок Чини на высокой горе. Еще на въезде в городок возникает ощущение средневековья. Входим в старинные ворота и переносимся в 11—15 века.
На первом этаже башни рыцарские доспехи. Удивляюсь: немецкие высотой почти два метра, а итальянские – 1,65. Значит и в прежние времена итальянцы не отличались высоким ростом. Дальше арбалеты со стрелами для охоты на птиц, щиты, мечи и копья.
Марко на оружия не смотрит, наверно видел сто раз. Наблюдает за мной. Его взгляды зажигают во мне какой-то внутренний свет. Спина выпрямляется сама собой. Движения рук плавные. Даже очки ведут себя прилично и не сползают с носа.
Не спеша переходим в жилые покои с зеркалами и гобеленами. В деревянных квадратах высокого потолка – изображения сотен животных и птиц. В столовой картины баталий, огромные камины. Обстановка возвращает на столетия назад. Вызывает трепет в душе, как все дошедшее из глубины веков. Вижу красивый сейф-сундук с 24 болтами, закрываемый одним ключом. Несомненно, там лежат сокровища!
Кажется, в череде залов старого замка слышны голоса, шелестят подолы платьев, бряцают шпоры и доносятся звуки карет. Даже неудобно, что я в бермудах и кофте. Уместнее
